Обзор экономической ситуации на Кубе: Экономические реформы запоздали или слишком запоздали?

Новые меры Кубы: куда движется экономическая система?

На бумаге 176 мер, одобренных в июне 2026 года, представляют собой самую масштабную попытку экономической трансформации с 1959 года, и их нельзя отделить от момента принятия. Отсюда возникает вопрос: было ли необходимо такое внешнее давление для их рассмотрения? Президент Мигель Диас-Канель признал в интервью на этой неделе, что меры пришлось ускорить из-за давления со стороны США. В некотором смысле, многие из предложений оправдывают экономистов, аналитиков и граждан, которые годами — или десятилетиями — призывали к изменениям, которые теперь были выдвинуты и одобрены в большой спешке. Ясно, что главным препятствием были власти и их широко разрекламированная политическая воля, а не осуществимость или необходимость реформ. К сожалению, разумные изменения, которые оказали бы существенное влияние много лет назад, теперь сталкиваются с гораздо более неблагоприятной обстановкой.

Это рыночно-ориентированная реформа. Она направлена ​​на расширение пространства для частного сектора, привлечение иностранных инвестиций, реорганизацию государственных предприятий и отмену повсеместных субсидий в условиях глубокого кризиса, вызванного падением ВВП, высокой инфляцией и длительными отключениями электроэнергии. В какой степени и каким образом эти меры способствуют переходу Кубы от экономики с сильным государственным контролем к рыночной экономике?

Что предлагают эти меры?

Пакет мер объединяет пять направлений реформ. В сфере бизнеса он упрощает создание малых и средних предприятий и кооперативов — отменяет ограничение в 100 работников — позволяет владеть несколькими компаниями и открывает возможность приобретения акций государственных предприятий частным лицам, включая кубинцев, проживающих за рубежом. В государственном секторе многие предприятия смогут стать акционерными компаниями, будут отменены автоматические субсидии убыточным предприятиям, будет введена процедура банкротства, а также расширена их автономия в отношении заработной платы и цен. В сфере цен и валюты происходит переход от регулируемых к рыночным ценам, объявляется о постепенной отмене товарных субсидий и реорганизации валютного рынка с увеличением числа операторов, аукционов и девальваций. В финансовой сфере разрешается частное банковское обслуживание, упрощаются валютные счета и приток иностранного капитала. В сфере трудовой и социальной политики шкала заработной платы децентрализуется на уровне предприятий, минимальная заработная плата будет индексироваться с учетом инфляции, а также предлагается заменить товарные субсидии прямой поддержкой уязвимых групп населения через Фонд социальной защиты.

Куда движется экономическая система: на бумаге против практики.

В официальной риторике эти меры представляются как способ спасения кубинского социализма, и предпринимается попытка сохранить общественную собственность на основные средства производства посредством мажоритарных долей в компаниях этих секторов. На бумаге система во всех аспектах – собственность, стимулы, конкуренция и, прежде всего, открытость внешнему миру – движется в сторону рынка.

На практике масштабы движения будут значительно меньше, по крайней мере, в краткосрочной и среднесрочной перспективе, поскольку препятствия не исчезают указом: нехватка иностранной валюты, множественные обменные курсы, отключения электроэнергии, государственные монополии и принятие решений по усмотрению государства.

В результате возникает разрыв между правилом и его реальным эффектом: пакет мер явно сокращает формальную государственную составляющую системы , но лишь частично ее фактическую . Государство сохраняет большинство в стратегических секторах и обладает широкими полномочиями по утверждению проектов. Именно поэтому наиболее вероятным вариантом развития является не открытый, однородный рынок и не китайская или вьетнамская модель, которые порождают риторику, а смешанная, сегментированная и частично долларизированная экономика с неравномерным открытием.

Политический аспект подкрепляет эту интерпретацию двумя способами. Во-первых, доверие: последовательные волны частичных реформ и отмен — инициированные теми же властями, которые ранее предостерегали от изменений такого масштаба, — подорвали доверие; а поскольку политический порядок остается нетронутым, скептицизм как кубинцев, так и иностранцев вполне оправдан. Во-вторых, трактовка: представить этот пакет мер как попытку «спасти социализм» трудно, поскольку в первую очередь нетронутой останется политическая структура, а также государственное большинство в стратегических секторах.

Красные флаги

На первый взгляд, без учета деталей, выделяются пять противоречий. Во-первых, и это наиболее чувствительная область, без правовых гарантий или верховенства права ряд предложений может стать рецептом злоупотреблений и коррупции. Критически важным моментом является преобразование государственных предприятий в акционерные общества, которые затем могут быть проданы частным лицам и другим фирмам: даже частичная приватизация может благоприятствовать инсайдерам и распределять активы в соответствии со связями, а не компетенцией. Даже лишенные капитала, государственные предприятия являются частью (уменьшившегося) наследия кубинцев и требуют ответственного и прозрачного управления.

Во-вторых, происходит либерализация цен, в то время как предложение остается ограниченным. Снятие контроля и субсидий на основные товары в теории представляется разумным, но производственные мощности снижаются из-за нехватки ресурсов, топлива и иностранной валюты; если цены будут либерализованы до роста производства, непосредственным следствием станет скачок цен на продукты питания. Этот скачок будет либо разовой корректировкой, либо началом устойчивой инфляции, в зависимости от того, будет ли он подтвержден денежной массой и будет ли наблюдаться номинальное соотношение между ожиданиями.

Во-третьих, субсидии сокращаются до того, как будут введены механизмы социальной защиты, а долларизация ухудшает доступ к товарам и услугам. Фонд социальной защиты будет финансироваться за счет экономии средств, полученной от отмены товарных субсидий: сначала отменяется всеобщая защита, и только после этого финансируется адресная помощь. В то же время, все большая доля товаров и услуг оценивается в долларах, поэтому потребление в конечном итоге оказывается расслоенным в зависимости от того, кто владеет иностранной валютой. Это открывает период, в течение которого стоимость жизни и неравенство могут возрасти до того, как новая система защиты начнет функционировать.

В-четвертых, валюта реформируется, и разрешается частное банковское дело без стабильной макроэкономической основы, наряду с центральным банком с ослабленным институциональным потенциалом. Введение частных банков и перестройка валютного рынка без предварительной стабилизации денежно-кредитной среды — с истощенными резервами и сильно обесцененным песо — создают риски ликвидности и доверия. Вдобавок к этому, есть фундаментальное упущение: в предложении не определен номинальный якорь. Сама перестройка валюты — больше операторов, аукционов и девальваций — указывает на гибкий обменный курс, который по своей сути не является якорем и не имеет ничего, что могло бы его заменить. Без фиксации ожиданий и под давлением необходимости монетизации дефицита в экономике с ограниченным предложением и дефицитными резервами, коррекция цен может перестать быть разовой корректировкой и превратиться в устойчивую инфляцию; обещанная индексация заработной платы, не имеющая якоря для ее сдерживания, добавляет инерции этой динамике.

В-пятых, децентрализация происходит без имеющихся ресурсов. На муниципалитеты возлагаются обязанности, которые противоречат их ограниченным техническим и финансовым возможностям и, прежде всего, могут стать благодатной почвой для усиления территориальных различий. На практике это означает передачу проблем и их решений на уровень власти, который не готов их решать.

Внешнее ограничение

Даже при грамотном планировании и последовательном применении мер, их недостаточно; внешние ограничения определяют все остальное. Куба структурно представляет собой небольшую, полуоткрытую экономику — открытую из-за структурной зависимости от внешнего сектора — экономику, в которой международная интеграция является не дополнением к реформам, а их предпосылкой. Именно в той области, где пакет мер обещает наибольшую открытость, практика наиболее неопределенна, и не по замыслу, а из-за ограничений: санкции и неопределенность обменного курса препятствуют эффективной внешней интеграции. Сегодня эта интеграция блокируется четырьмя элементами, которые действуют как единый узел и должны быть решены одновременно.

Первая проблема — это санкции США, ограничивающие доступ к международной финансовой системе, к кредитам, а также к значительной части торговли и инвестиций. Вторая — это давно просроченный государственный долг, который приостанавливает новое финансирование до тех пор, пока не будет проведена упорядоченная реструктуризация с кредиторами. Третья — это неурегулированные претензии на конфискованное имущество, являющиеся юридическим препятствием как для нормализации отношений с Соединенными Штатами, так и для привлечения надежных инвестиций. Четвертая — это отсутствие Кубы в международных финансовых институтах — МВФ, Всемирном банке, Межамериканском банке развития, Канадском фонде экономики, — что лишает ее финансирования платежного баланса, технической помощи и поддержки доверия, характерных почти для любого успешного переходного периода.

Без устранения этого внешнего ограничения — то есть без переориентации отношений с Соединенными Штатами (включая урегулирование претензий по конфискованному имуществу), без пути урегулирования споров с кредиторами и без возможности вступления в международные финансовые институты — устойчивое восстановление кубинской экономики трудно представить. Принятые меры могут реорганизовать внутренние стимулы, но макроэкономическая стабилизация, восстановление резервов и финансирование переходного периода зависят от внешнего доступа, который один только пакет мер не может обеспечить.

В заключение оценки следует отметить одну важную деталь. Свобода действий правительства в отношении смягчения макроэкономических и социальных последствий этих мер весьма ограничена: при скудных резервах и отсутствии внешнего финансирования возможности для компенсации издержек переходного периода крайне малы. По этой причине сама реализация станет деликатным процессом с огромными социальными и политическими последствиями.